Бурятские сказки




Мудрая дочь

Категория Бурятские сказки

Мудрая дочь - бурятская сказкаА еще сказывают, давным-давно, в старину, жил хан со своим сыном. И был ханский сын все равно что кусок сырого мяса — настолько он был глуп. «Я старею. Сын мой не сможет управлять ханством. Как бы найти ему умного да честного советника, чтоб всегда помогал», — подумал как-то хан.

Собрал хан всех, кто умел рисовать в его ханстве, и велит им нарисовать все, что есть на земле, кроме самой земли да неба. Взялись рисовать рисовальщики кто во что горазд. Какие только есть деревья и травы, звери и птицы, дома и юрты — все изобразили, и принесли они свои диковинные картины хану. А хан все картины велел выставить перед прохожими на перепутье трех дорог. К картинам приставили стражу, чтоб доносили хану, кто и как из прохожих и проезжих отзовется о картинах.

Рассматривают прохожие и проезжие картины, дивятся, как хорошо все на них изображено. Подъехала к перепутью какая-то бедная девушка, посмотрела, посмотрела на картины да и говорит:

Мышь и верблюд

Категория Бурятские сказки

Мышь и верблюдПоспорили мышь и верблюд.

— Я вперед увижу солнце, — сказал верблюд.

— Нет, я вперед увижу солнце, — ответила мышь.

— Ты не больше моей ресницы, а я — гора, зачем берешься спорить?

Всю ночь верблюд смотрел в степь, на восток, чтобы солнце вперед мыши увидеть.Мышь и верблюд

Мышь сидела на спине верблюда и смотрела на запад. Хитрая мышь знала: когда настанет рассвет, солнце вперед осветит высокие западные горы.

Начался рассвет, засияли западные горы, а верблюд все смотрит на восток, ждет солнце. Мышь ему кричит:

— Я вперед увидела солнце, оглянись!

Наказанная жадность

Категория Бурятские сказки

Наказанная жадностьОднажды весною батрак рубил в лесу дрова. Вдруг со стороны восхода солнца прилетела кукушка, уселась на дереве и прокуковала:

— На восточной стороне есть высокая гора, на её вершине лежит кусок золота с голову большого быка.

С юга прилетела вторая кукушка, примостилась на том же дереве и прокуковала:

— На южной стороне болеет жена одного бедняка. Под её домом свил гнездо чёрный жук, ростом с двухгодовалого бычка, и сосёт кровь женщины. Если убить и сжечь этого жука, жена бедняка выздоровеет.

С запада прилетела третья кукушка и пропела, что далеко на западе случилась страшная беда: высох источник воды — деревья высохли, выгорели травы, люди и животные изнывают от жажды. Источник, питавший влагой поля и степи, завален чёрным тяжёлым камнем. Если сдвинуть камень, из-под него вырвется на волю вода и люди будут спасены.

Наран-Сэсэк

Категория Бурятские сказки

Наран-СэсэкДавным-давно в одном улусе жил старик по имени Наран Гэрэлтэ — Солнечное сияние. Была у него единственная дочь, да такая умная и красивая, звали ее Наран Сэсэк, что значит Солнечный цветок.

Неподалеку от старика жил лама-монах. Полюбилась ему старикова дочь, захотелось ему жениться на ней. Стал он сватать Наран Сэсэк за себя, та отказала ему. Лама начал уговаривать и умолять, всякие подарки обещал, но ничто не помогло. Тогда лама решил обманом жениться на ней. Коварные мысли забегали в голове. Он решил отравить девушку. Подкрался лама к дому старика, зашел потихоньку на кухню и подсыпал яду в еду стариковой дочери. Наран Сэсэк поела и тут же пала без сознания. Отец испугался и побежал скорее к ламе за помощью.

— О, святой лама, беда, дочь сильно заболела. Спасите ее!

Лама пришел домой к старику, с важным видом осмотрел больную и сказал:

Омулевая бочка

Категория Бурятские сказки

Омулевая бочкаДавно, очень давно случилось это. Русские уже тогда промышляли омуля на Байкале и в рыболовецком деле не уступали коренным жителям Славного моря — бурятам да эвенкам.

А первым среди умельцев-добытчиков значился дедко Савелий — недаром в вожаках полжизни проходил и морем кормился сызмальства. Крепко свое дело знал старый рыбак: подходящее место найти и время для лова выбрать верное — это уж из его рук не выскочит. Родову свою дедко Савелий вел от рыбаков русского поселения Кабанска, а кто не знает, что кабанские рыбаки по всему Славному морю за самых фартовых промысловиков считаются!

Излюбленным угодьем дедка Савелия был Баргузинский залив, где он и неводил чаще всего. Плес этот близок от Кабанска, но байкальскому рыбаку приходится выезжать зачастую и дальше: в поисках омулевых косяков на одном месте не засидишься.

Как-то утром, после удачного замета, рыбаки позавтракали жирной омулевой ушицей, напились крепкого чая и расположились у моря на отдых. И потекла у них беседа о том, о сем, а больше — о той же рыбе, о ее повадках, о тайнах морских глубин.

Семьдесят небылиц

Категория Бурятские сказки

Семьдесят небылицРассказывают старики, будто в давно минувшие, давно забытые времена жил один хан. Не было кругом такого злого хана, как он. Злость его была так велика, что ничего его не занимало: ни пиры весёлые, ни танцы, ни охота, ни государственные дела — всё ему надоело, всё ему наскучило. Никого он не хотел видеть, и слуги давно уж забыли, когда хан последний раз смеялся.

Так и сидел хан угрюмый и одинокий, сидел и чах от злости. И вдруг пришла хану в голову мысль позабавиться. Разослал он по улусам такой указ:

«Кто без запинки расскажет хану семьдесят небылиц, без крупицы правды, тот получит вьюк золота, который сможет поднять лишь верблюд. А если кто, на свою беду, запнётся или расскажет хотя бы один правдивый случай, он будет закопан живым в землю».

Стали приходить к хану самые знаменитые выдумщики и мастера по вранью. Но никто из них не мог угодить злому хану: нет-нет, да и сорвётся с языка правда даже у тех, кто всю жизнь свою только и делал, что врал. И много тут погибло людей; вскоре уж и не стало охотников рассказывать небылицы.

Снег и заяц

Категория Бурятские сказки

Снег и заяц сказкаСнег говорит зайцу:

— Что-то мне нехорошо.

— Наверное, ты таешь, оттого тебе и плохо, — ответил заяц. Сел на пенек и горько заплакал.

— Жалко, жалко мне тебя, снег. Я все по снегу бегал, круглые дырки делал. От лисицы, от волка, от охотника в снег зарывался, прятался. Как без тебя жить буду? Любая ворона, любая сова меня увидит, заклюет. Пойду я к хозяину леса, попрошу его, пусть он тебя, снег, сохранит для меня.

Стал заяц плакать, хозяина леса просить.

А солнце уже высоко ходит, жарко припекает, снег тает, ручьями бежит с гор. Затосковал заяц, еще громче заплакал. Услышал зайца хозяин леса. Просьбу его выслушал и сказал:

— С солнцем спорить не берусь, снег сохранить не могу. Шубу твою белую сменю на серенькую, будешь ты летом легко прятаться среди сухих листьев и травы, никто тебя не заметит.

Сорока-воровка

Категория Бурятские сказки

Сорока-воровкаСолнце было закрыто осенними черными тучами, дул холодный ветер. Перелетные птицы собирались улетать в теплые края. У березовой чащи паслась стая гусей. Около них мелькало что-то пегое. Это сорока кружилась от зависти. «Красивые перья у гусей», — думала она. Подлетела к одной спящей гусыне, выдернула у нее перо и спрятала в своем гнезде.

Проснулась гусыня, заплакала и сообщила своему вожаку о пропаже пера.

Собрал вожак всех гусей и грозно спросил:

— Кто украл красивейшее перо у нашей матери гусыни?

Все молчали.

Выскочила вперед сорока и, подпрыгивая, застрекотала:

— Говорите, признавайтесь, воры!

В это время из чащи вышел человек, он что-то искал. Гусь-вожак подошел к человеку и спросил:

— Что вы потеряли?

Старый Алядай

Категория Бурятские сказки

Старый АлядайУ старого Алядая была пегая лошадь. На ней он пахал свою землю. Подошел однажды к нему медведь и сказал:

— Старик Алядай, какая у тебя красивая лошадь — пегая. Ты сам ее сделал такою?

— Да, я сам, — пошутил старик.

— Сделай меня пегим.

Старый Алядай вспомнил, как этот медведь разорял у него пчелиные ульи.

— Пегим стать очень трудно, мучительно. Если вытерпишь, сделаю тебя пегим, — пообещал Алядай.

Медведь согласился.

Старик развел костер, на нем докрасна накалил сошник и говорит медведю:

Счастье и горе

Категория Бурятские сказки

Счастье и гореОдин батрак всю свою жизнь работал на богача. Известно, какая жизнь у батрака, — одна мука. Однажды хозяин зовет его к себе и говорит:

— Иди завтра на гору и разбивай камни, буду строить каменный загон для скота. За работу получишь ведро арсы.[18]

Пошел батрак к горе и давай разбивать камни. Работал он днем и ночью, изрезал себе руки и ноги об острые камни, а вокруг него стоял красный туман — пыль от камней. Как ни старался он, как ни был силен — плохо подвигалась работа, и, наконец, затряслись у него ноги и руки: устал батрак. Стоит он, качается на ветру, дух еле переводит, поскользнулся, упал и покатился вниз под гору.

— Встань! — говорит ему кто-то. Открыл батрак глаза и видит: стоит над ним мальчик.

— Иди домой, детишки твои плачут, — говорит мальчик.

— Нет, — отвечает батрак, — мне надо кончить работу, тогда получу ведро арсы и накормлю детей.

Произведения разбиты на страницы