Три брата

tri brata

Как-то сошлись вместе три старика. Старые-престарые старики. Одного звали дедушка Рычаг, второго ─ дедушка Клин, третьего ─ дедушка Колесо.

Сошлись старики и заспорили:

─ Я самый старый! ─ говорит дедушка Рычаг.─ Мной самый первый человек зверя бил, камни ворочал. Клин вдолги после меня на свет явился.

Клин подумал, подумал и подтвердил:

─ Впрямь у дедушки Рычага борода уже седая была, когда я, Клин, на свет появился.

А дедушке Колесу и вовсе спорить нельзя было. Рычага и Клина все знали, для всех народов они работали, а Колесо только-только родилось.

─ Зато, ─ сказал дедушка Колесо, ─ люди очень радовались, когда я по земле покатился. Через меня первая телега-арба поехала.

─ Это верно, ─ сказал дедушка Рычаг. ─ Только не будь меня ─ не было бы телеги. Оглобли-то у телеги ─ это ведь я. Рычаг. А оси тележные, на кои колеса надеты, тоже я. Значит, друг мой сердечный Колесо, без меня бы телеги не было. Давай чокнемся за телегу, за нашу родственницу.

─ Давай! ─ говорит дедушка Колесо.

Выпили. По одной, по другой чарке стоялого меду, а старик Клин забился в угол, сидит, не пьет и думает: «Чем бы их подкузьмить?» Думал, думал и надумал:

─ А зато у меня сынов, племянников не перечесть. ─ И начал Клин считать. ─ Топор ─ мой сын. Долото ─ мой племянник. Винт ─ мой всемогущий внук-богатырь.

Тут дед Рычаг стукнул по столу и говорит:

─ Не согласен. Каким боком тебе всемогущий винт пришелся?

А Клин и отвечает Рычагу:

─ Именно что боком. Ты сбоку на винт посмотри, мое лицо увидишь. Капля в каплю я ─ дедушка Клин.

Вывернул старый Рычаг откуда-то винт, посмотрел на него сбоку и очень удивился.

─ Впрямь сбоку винт клином выглядит. Косая резьба у него. Всемогущий это внук.

Тут Клин улыбнулся, хватил три чарки одну за другой и начал похваляться:

─ Внуком своим, Винтом, я во всех машинах живу. В какой машине винта нет! ─ И начал считать: косилки, молотилки, мясорубки, автомобили...

Какую только машину он не называл и до самого самолета дошел.

─ Ври, ври, да не завирайся, ─ одернул Клина Колесо ─ Какой же там Винт главный?

─ А как же не главный? Кто самолет тянет? Кем он в воздух ввинчивается, как не своим воздушным винтом. А то и двумя. А то и четырьмя, ежели он четырехмоторный.

─ Правда выходит его, ─ сказал Колесу Рычаг. ─ Пожалуй, что у него больше всех сродственников.

Колесо даже повело от этих слов. Дедушка Колесо свою родню на земле самой главной считал.

─ Вот что,─ говорит Колесо,─ допивайте меды и пойдем по белому свету. Кто меньше своих родственников, братьев, сестер, внуков, правнуков, племянников насчитает, тому и за мед деньги платить, тому и новым медом поить.

На том и порешили старики. Рычаг вделся в Колесо осью, Клин заклинил ось чекой, чтобы Колесо с оси не соскочило, и покатили.

Едут, едут... Вдруг навстречу бежит паровоз.

─ Стой, паровоз!

Паровоз остановился.

─ Скажи, паровоз, чьих сродственников в тебе больше: рычаговых, клиновых или колесовых.

Паровоз запыхтел паром, закурил трубу и задумался:

─ Колес во мне разных порядочно. Рычагов тоже не пересчитать, а винтов-болтов-то уж вовсе. Не знаю я. Если хотите, приходите в депо и считайте сами. А я бегу по расписанию.

Покатили Рычаг, Колесо и Клин дальше. Прикатили на завод и прямо к директору.

─ Товарищ директор, так и так.

Рассказали ему о своем споре, и директор ответил:

─ Нет такого человека, который бы ваших сынов, внуков и правнуков пересчитал. Даже главный бухгалтер нашего завода не сосчитает.

─ Как же теперь быть? Кому за мед платить? У кого из нас все-таки род знатнее?

Директор ответил:

─ Одно могу вам сказать, что не будь Рычага, Клина и Колеса ─ не было бы у них детей, не было бы их внуков, не было бы, значит, ни машин, ни заводов, ни техники-механики. Для меня вы, старики, все трое главные, а за мед я буду платить.

Тут старики на дыбы:

─ Как это так? Да что мы, нищие!

─ Из уважения к вам, старики, хочу вас угостить, ─ сказал он так и повел их в чайную-столовую с прохладительными напитками.

Выпили старики с директором прохладительные напитки, поговорили и поняли, что им спорить не о чем и сердиться не на что, потому что они ─ родные братья, что нет на свете машины, в которой рычаг, клин и винт порознь живут...

─ Не всякий это может разглядеть, ─ сказал один старый мастер, ─ а кто потолковее да поглазастее ─ всегда разглядит.

С тех пор дедушка Рычаг, дедушка Клин и дедушка Колесо никогда не спорили и катились все вместе да на свою родню любовались, на тех, которые заводами, машинами по всему белому свету поселились.