Ленора

Категория Баллады Василия Жуковского

баллада Ленора жуковский

Леноре снился страшный сон,

‎Проснулася в испуге.

«Где милый? Что с ним? Жив ли он?

‎И верен ли подруге?»

Пошел в чужую он страну

За Фридериком на войну;

‎Никто об нем не слышит;

‎А сам он к ней не пишет.

 

С императрицею король

‎За что-то раздружились,

И кровь лилась, лилась… доколь

‎Они не помирились.

И оба войска, кончив бой,

С музы́кой, песнями, пальбой,

‎С торжественностью ратной

‎Пустились в путь обратный.

 

Идут! идут! за строем строй;

‎Пылят, гремят, сверкают;

Родные, ближние толпой

‎Встречать их выбегают;

Там обнял друга нежный друг,

Там сын отца, жену супруг;

‎Всем радость… а Леноре

‎Отчаянное горе.

 

Она обходит ратный строй

‎И друга вызывает;

Но вести нет ей никакой:

‎Никто об нем не знает.

Когда же мимо рать прошла —

Она свет божий прокляла,

‎И громко зарыдала,

‎И на землю упала.

 

К Леноре мать бежит с тоской:

‎«Что так тебя волнует?

Что сделалось, дитя, с тобой?» —

‎И дочь свою целует.

«О друг мой, друг мой, все прошло!

Мне жизнь не жизнь, а скорбь и зло;

‎Сам бог врагом Леноре…

‎О горе мне! о горе!»

 

«Прости ее, небесный царь!

‎Родная, помолися;

Он благ, его руки мы тварь:

‎Пред ним душей смирися». —

«О друг мой, друг мой, все как сон…

Немилостив со мною он;

‎Пред ним мой крик был тщетен…

‎Он глух и безответен».

 

«Дитя, от жалоб удержись;

‎Смири души тревогу;

Пречистых тайн причастись,

‎Пожертвуй сердцем богу». —

«О друг мой, что во мне кипит,

Того и бог не усмирит:

‎Ни тайнами, ни жертвой

‎Не оживится мертвый».

 

«Но что, когда он сам забыл

‎Любви святое слово,

И прежней клятве изменил,

‎И связан клятвой новой?

И ты, и ты об нем забудь;

Не рви тоской напрасной грудь;

‎Не стоит слез предатель;

‎Ему судья создатель».

 

«О друг мой, друг мой, все прошло;

‎Пропавшее пропало;

Жизнь безотрадную назло

‎Мне провиденье дало…

Угасни ты, противный свет!

Погибни, жизнь, где друга нет!

‎Сам бог врагом Леноре…

‎О горе мне! о горе!»

 

«Небесный царь, да ей простит

‎Твое долготерпенье!

Она не знает, что творит:

‎Ее душа в забвенье.

Дитя, земную скорбь забудь:

Ведет ко благу божий путь;

‎Смиренным рай награда.

‎Страшись мучений ада».

 

«О друг мой, что небесный рай?

‎Что адское мученье?

С ним вместе — все небесный рай;

‎С ним розно — все мученье;

Угасни ты, противный свет!

Погибни, жизнь, где друга нет!

‎С ним розно умерла я

‎И здесь и там для рая».

 

Так дерзко, полная тоской,

‎Душа в ней бунтовала…

Творца на суд она с собой

‎Безумно вызывала,

Терзалась, волосы рвала

До той поры, как ночь пришла

‎И темный свод над нами

‎Усыпался звездами.

 

И вот… как будто легкий скок

‎Коня в тиши раздался:

Несется по полю ездок;

‎Гремя, к крыльцу примчался;

Гремя, взбежал он на крыльцо;

И двери брякнуло кольцо…

‎В ней жилки задрожали…

‎Сквозь дверь ей прошептали:

 

«Скорей! сойди ко мне, мой свет!

‎Ты ждешь ли друга, спишь ли?

Меня забыла ты иль нет?

‎Смеешься ли, грустишь ли?» —

«Ах! малый… бог тебя принес!

А я… от горьких, горьких слез

‎И свет в очах затмился…

‎Ты как здесь очутился?»

 

«Седлаем в полночь мы коней…

‎Я еду издалёка.

Не медли, друг; сойди скорей;

‎Путь долог, мало срока». —

«На что спешить, мой милый, нам?

И ветер воет по кустам,

‎И тьма ночная в поле;

‎Побудь со мной на воле».

 

«Что нужды нам до тьмы ночной!

‎В кустах пусть ветер воет.

Часы бегут; конь борзый мой

‎Копытом, землю роет;

Нельзя нам ждать; сойди, дружок;

Нам долгий путь, нам малый срок;

‎Не в пору сон и нега:

‎Сто миль нам до ночлега».

 

«Но как же конь твой пролетит

‎Сто миль до утра, милый?

Ты слышишь, колокол гудит:

‎Одиннадцать пробило». —

«Но месяц встал, он светит нам…

Гладка дорога мертвецам;

‎Мы скачем, не боимся;

‎До света мы домчимся».

 

«Но где же, где твой уголок?

‎Где наш приют укромный?» —

«Далеко он… пять-шесть досток…

‎Прохладный, тихий, темный». —

«Есть место мне?» — «Обоим нам.

Поедем! все готово там;

‎Ждут гости в нашей келье;

‎Пора на новоселье!»

 

Она подумала, сошла,

‎И на коня вспрыгнула,

И друга нежно обняла,

‎И вся к нему прильнула.

Помчались… конь бежит, летит.

Под ним земля шумит, дрожит,

‎С дороги вихри вьются,

‎От камней искры льются.

 

И мимо их холмы, кусты,

‎Поля, леса летели;

Под конским топотом мосты

‎Тряслися и гремели.

«Не страшно ль?» — «Месяц светит нам!» —

«Гладка дорога мертвецам!

‎Да что же так дрожишь ты?» —

‎«Зачем о них твердишь ты?»

 

«Но кто там стонет? Что за звон?

‎Что ворона взбудило?

По мертвом звон; надгробный стон;

‎Голосят над могилой».

И виден ход: идут, поют,

На дрогах тяжкий гроб везут,

‎И голос погребальный,

‎Как вой совы печальный.

 

«Заройте гроб в полночный час:

‎Слезам теперь не место;

За мной! к себе на свадьбу вас

‎Зову с моей невестой.

За мной, певцы; за мной, пасто́р;

Пропой нам многолетье, хор;

‎Нам дай на обрученье,

‎Пасто́р, благословенье».

 

И звон утих… и гроб пропал…

‎Столпился хор проворно

И по дороге побежал

‎За ними тенью черной.

И дале, дале!.. конь летит,

Под ним земля шумит, дрожит,

‎С дороги вихри вьются,

‎От камней искры льются.

 

И сзади, спереди, с боков

‎Окрестность вся летела:

Поля, холмы, ряды кустов,

‎Заборы, домы, села.

«Не страшно ль?» — «Месяц светит нам». —

«Гладка дорога мертвецам!

‎Да что же так дрожишь ты?» —

‎«О мертвых все твердишь ты!»

 

Вот у дороги, над столбом,

‎Где висельник чернеет,

Воздушных рой, свиясь кольцом,

‎Кружится, пляшет, веет.

«Ко мне, за мной, вы, плясуны!

Вы все на пир приглашены!

‎Скачу, лечу жениться…

‎Ко мне! Повеселиться!»

 

И лётом, лётом легкий рой

‎Пустился вслед за ними,

Шумя, как ветер полевой

‎Меж листьями сухими.

И дале, дале!.. конь летит,

Под ним земля шумит, дрожит,

‎С дороги вихри вьются,

‎От камней искры льются.

 

Вдали, вблизи, со всех сторон

‎Все мимо их бежало;

И все, как тень, и все, как сон,

‎Мгновенно пропадало.

«Не страшно ль?» — «Месяц светит нам». —

«Гладка дорога мертвецам!

‎Да что же так дрожишь ты?» —

‎«Зачем о них твердишь ты?»

 

«Мой конь, мой конь, песок бежит;

‎Я чую, ночь свежее;

Мой конь, мой конь, петух кричит;

‎Мой конь, несись быстрее…

Окончен путь; исполнен срок;

Наш близко, близко уголок;

‎В минуту мы у места…

‎Приехали, невеста!»

 

К воротам конь во весь опор

‎Примчавшись, стал и топнул;

Ездок бичом стегнул затвор —

‎Затвор со стуком лопнул;

Они кладбище видят там…

Конь быстро мчится по гробам;

‎Лучи луны сияют,

‎Кругом кресты мелькают.

 

И что ж, Ленора, что потом?

‎О страх!.. в одно мгновенье

Кусок одежды за куском

‎Слетел с него, как тленье;

И нет уж кожи на костях;

Безглазый череп на плечах;

‎Нет каски, нет колета;

‎Она в руках скелета.

 

Конь прянул… пламя из ноздрей

‎Волною побежало;

И вдруг… все пылью перед ней

‎Расшиблось и пропало.

И вой и стон на вышине;

И крик в подземной глубине,

‎Лежит Ленора в страхе

‎Полмертвая на прахе.

 

И в блеске месячных лучей,

‎Рука с рукой, летает,

Виясь над ней, толпа теней

‎И так ей припевает:

«Терпи, терпи, хоть ноет грудь;

Творцу в бедах покорна будь;

‎Твой труп сойди в могилу!

‎А душу бог помилуй!»

 



Комментарии:

Читать стих Ленора Баллады Василия Жуковского для детей, онлайн текст стихотворение