Эолова арфа

Категория Баллады Василия Жуковского

Эолова арфаВладыко Морвены,

Жил в дедовском замке могучий Ордал;

‎Над озером стены

Зубчатые замок с холма возвышал;

‎Прибрежны дубравы

‎Склонялись к водам,

‎И стлался кудрявый

Кустарник по злачным окрестным холмам.

 

‎Спокойствие сеней

Дубравных там часто лай псов нарушал;

‎Рогатых еленей

И вепрей и ланей могучий Ордал

‎С отважными псами

‎Гонял по холмам;

‎И долы с холмами,

Шумя, отвечали зовущим рогам.

 

‎В жилище Ордала

Веселость из ближних и дальних краев

‎Гостей собирала;

И убраны были чертоги пиров

‎Еленей рогами;

‎И в память отцам

‎Висели рядами

Их шлемы, кольчуги, щиты по стенам.

 

‎И в дружных беседах

Любил за бокалом рассказы Ордал

‎О древних победах

И взоры на брони отцов устремлял:

‎Чеканны их латы

‎В глубоких рубцах;

‎Мечи их зубчаты;

Щиты их и шлемы избиты в боях.

 

‎Младая Минвана

Красой озаряла родительский дом;

‎Как зыби тумана,

Зарею златимы над свежим холмом,

‎Так кудри густые

‎С главы молодой

‎На перси младые,

Вияся, бежали струей золотой.

 

‎Приятной денницы

Задумчивый пламень во взорах сиял:

‎Сквозь темны ресницы

Он сладкое в душу смятенье вливал;

‎Потока журчанье —

‎Приятность речей;

‎Как роза дыханье;

Душа же прекрасней и прелестей в ней.

 

‎Гремела красою

Минвана и в ближних и в дальних краях;

‎В Морвену толпою

Стекалися витязи, славны в боях;

‎И дщерью гордился

‎Пред ними отец…

‎Но втайне делился

Душою с Минваной Арминий-певец.

 

‎Младой и прекрасный,

Как свежая роза — утеха долин,

‎Певец сладкогласный…

Но родом не знатный, не княжеский сын:

‎Минвана забыла

‎О сане своем

‎И сердцем любила,

Невинная, сердце невинное в нем.

 

‎На темные своды

Багряным щитом покатилась луна;

‎И озера воды

Струистым сияньем покрыла она;

‎От замка, от сеней

‎Дубрав по брегам

‎Огромные теней

Легли великаны по гладким водам.

 

‎На холме, где чистым

Потоком источник бежал из кустов,

‎Под дубом ветвистым —

Свидетелем тайных свиданья часов —

‎Минвана младая

‎Сидела одна,

‎Певца ожидая,

И в страхе таила дыханье она.

 

‎И с арфою стройной

Ко древу к Минване приходит певец.

‎Все было спокойно,

Как тихая радость их юных сердец:

‎Прохлада и нега,

‎Мерцанье луны,

‎И ропот у брега

Дробимыя с легким плесканьем волны.

 

‎И долго, безмолвны,

Певец и Минвана с унылой душой

‎Смотрели на волны,

Златимые тихо блестящей луной.

‎«Как быстрые воды

‎Поток свой лиют —

‎Так быстрые годы

Веселье младое с любовью несут».

 

‎«Что ж сердце уныло?

Пусть воды лиются, пусть годы бегут,

‎О верный! о милый!

С любовию годы и жизнь унесут.» —

‎«Минвана, Минвана,

‎Я бедный певец;

‎Ты ж царского сана,

И предками славен твой гордый отец».

 

‎«Что в славе и сане?

Любовь — мой высокий, мой царский венец.

‎О милый, Минване

Всех витязей краше смиренный певец,

‎Зачем же уныло

‎На радость глядеть?

‎Все близко, что мило;

Оставим годам за годами лететь».

 

‎«Минутная сладость

Веселого вместе, помедли, постой;

‎Кто скажет, что радость

Навек не умчится с грядущей зарей!

‎Проглянет денница —

‎Блаженству конец;

‎Опять ты царица,

Опять я ничтожный и бедный певец».

 

‎«Пускай возвратится

Веселое утро, сияние дня;

‎Зарей озарится

Тот свет, где мой милый живет для меня.

‎Лишь царским убором

‎Я буду с толпой;

‎А мыслию, взором,

И сердцем, и жизнью, о милый, с тобой».

 

‎«Прости, уж бледнеет

Рассветом далекий, Минвана, восток;

‎Уж утренний веет

С вершины кудрявых холмов ветерок». —

‎«О нет! то зарница

‎Блестит в облаках;

‎Не скоро денница;

И тих ветерок на кудрявых холмах».

 

‎«Уж в замке проснулись;

Мне слышался шорох и звук голосов». —

‎«О нет! Встрепенулись

Дремавшие пташки на ветвях кустов». —

‎«Заря уж багряна».

‎«О милый, постой». —

‎«Минвана, Минвана,

Почто ж замирает так сердце тоской?»

 

‎И арфу унылый

Певец привязал под наклоном ветвей:

‎«Будь, арфа, для милой

Залогом прекрасных минувшего дней;

‎И сладкие звуки

‎Любви не забудь;

‎Услада разлуки

И вестник души неизменныя будь.

 

‎Когда же мой юный,

Убитый печалию, цвет опадет,

‎О верные струны,

В вас с прежней любовью душа перейдет.

‎Как прежде, взыграет

‎Веселие в вас,

‎И друг мой узнает

Привычный, зовущий к свиданию глас.

 

‎И думай, их пенью

Внимая вечерней, Минвана, порой,

‎Что лепкою тенью,

Все верный, летает твой друг над тобой;

‎Что прежние муки:

‎Превратности страх,

‎Томленье разлуки,

Все с трепетной жизнью он бросил во прах.

 

‎Что, жизнь переживши,

Любовь лишь одна не рассталась с душой;

‎Что робко любивший

Без робости любит и более твой.

‎А ты, дуб ветвистый,

‎Ее осеняй;

‎И, ветер душистый,

На грудь молодую дышать прилетай».

 

‎Умолк — и с прелестной

Задумчивых долго очей не сводил…

‎Как бы неизвестный

В нем голос: навеки прости! говорил.

‎Горячей рукою

‎Ей руку пожал

‎И, тихой стопою

От ней удаляся, как призрак пропал…

 

‎Луна воссияла…

Минвана у древа… но где же певец?

‎Увы! предузнала

Душа, унывая, что счастью конец;

‎Молва о свиданье

‎Достигла отца…

‎И мчит уж в изгнанье

Ладья через море младого певца.

 

‎И поздно и рано

Под древом свиданья Минвана грустит.

‎Уныло с Минваной

Один лишь нагорный поток говорит;

‎Все пусто; день ясный

‎Взойдет и зайдет —

‎Певец сладкогласный

Минваны под древом свиданья не ждет.

 

‎Прохладою дышит

Там ветер вечерний, и в листьях шумит,

‎И ветви колышет,

И арфу лобзает… но арфа молчит.

‎Творения радость,

‎Настала весна —

‎И в свежую младость,

Красу и веселье земля убрана.

 

‎И ярким сияньем

Холмы осыпал вечереющий день:

‎На землю с молчаньем

Сходила ночная, росистая тень;

‎Уж синие своды

‎Блистали в звездах;

‎Сравнялися воды;

И ветер улегся на спящих листах.

 

‎Сидела уныло

Минвана у древа… душой вдалеке…

‎И тихо все было…

Вдруг… к пламенной что-то коснулось щеке;

‎И что-то шатнуло

‎Без ветра листы;

‎И что-то прильнуло

К струнам, невиди́мо слетев с высоты…

 

‎И вдруг… из молчанья

Поднялся протяжно задумчивый звон;

‎И тише дыханья

Играющей в листьях прохлады был он.

‎В ней сердце смутилось:

‎То друга привет!

‎Свершилось, свершилось!..

Земля опустела, и милого нет.

 

‎От тяжкия муки

Минвана упала без чувства на прах,

‎И жалобней звуки

Над ней застенали в смятенных струнах.

‎Когда ж возвратила

‎Дыханье она,

‎Уже восходила

Заря, и над нею была тишина.

 

‎С тех пор, унывая,

Минвана, лишь вечер, ходила на холм

‎И, звукам внимая,

Мечтала о милом, о свете другом,

‎Где жизнь без разлуки,

‎Где все не на час —

‎И мнились ей звуки,

Как будто летящий от родины глас.

 

‎«О милые струны,

Играйте, играйте… мой час недалек;

‎Уж клонится юный

Главой недоцветшей ко праху цветок.

‎И странник унылый

‎Заутра придет

‎И спросит: где милый

Цветок мой?.. и боле цветка не найдет».

 

‎И нет уж Минваны…

Когда от потоков, холмов и полей

‎Восходят туманы

И светит, как в дыме, луна без лучей,

‎Две видятся тени:

‎Слиявшись, летят

‎К знакомой им сени…

И дуб шевелится, и струны звучат.

 


Комментарии:

Читать стих Эолова арфа Баллады Василия Жуковского для детей, онлайн текст стихотворение