Сума, дай ума!

Категория Русские сказки

Жили старик со старухой. Жили-горевали, с хлеба на квас перебивались. С весны до осени беду бедовали: лебедой да ягодами кормились.

Как-то раздобыл старик лукошко пшеницы и говорит:

- Все люди сеют да пашут, посеем и мы - будет у нас осенью свой хлеб.

Посеяли. Уродилась пшеница на славу. Старик со старухой не нарадуются, ходят каждый день, пшеницей любуются: пшеница стеной стоит, колос колоса тяжелее. Соседи завидуют:

- Эдакого урожая век не видано!

Приспело время хлеб убирать. Старик серпы наточил:

- Завтра, старуха, пойдём пшеницу жать!

В ту пору поднялся сильный ветер, налетела чёрная туча и выпал на старикову делянку крупный град. Тем градом выбило всю пшеницу, ни одного колоска не осталось.

Закручинился старик, голову повесил, а старуха ругается:

- Всю жизнь я с тобой, с бесталанным, горе горевала. Ни в чём тебе удачи нет. В кон-то веки разжились семенами да вырастили пшеницу - и тут лихо пристигло, стряслась беда. На иных полосах колоса не попортило, а у нас и зерна не осталось.

Утешает старик:

- Не плачь, старуха, не горюй, слезами да руганью убытков не воротишь. Тучу ветер пригнал, станем управу искать - пусть ветер и убытки возместит.

Ещё пуще старуха заругалась:

- Совсем ума лишился, мелет языком, чего слыхом не слыхано. Ищи-ка теперь ветра в поле! А старик своё твердит:

- Пойду с ветра спрашивать: ветер виноват - ветер и в ответе.

Обулся, оделся, взял в руки батожок и тронулся в путь-дорогу.

Шёл он долго ли, коротко ли, близко ли, далёко ли и добрался до высокой горы. Возле горы стоит большая изба. В избе четыре крыльца: одно выходит на восход солнца, другое - на полдень, третье - на запад, а четвёртое крыльцо - на полночь.

В ту пору загремели вёдра, спустилась по воду к реке старуха, старая-престарая - чуть только на ногах держится. Зачерпнула воды.

Поздоровался старик:

- Здравствуй, бабушка! Дай-ка подсоблю тебе воду донести.

- Здорово, добрый человек! Спасибо на приветливом слове. Проходи в избу, отдохни с дороги, а с вёдрами я и сама управлюсь: я ещё могутная.

Поднялись на крыльцо, вошли в избу. Старуха стол накрыла, гостя накормила, напоила, на печь уложила и стала выспрашивать:

- Куда, добрый человек, идёшь, куда путь держишь? По своей ли воле к нам попал или неволя-нужда привела?

- Ох, бабушка, не знаешь ты моей беды. Вырастили мы со старухой пшеничку, да пригнал ветер тучу с градом, и выбило всё начисто - зёрнышка не осталось. Нечем нам жить, хоть ложись да помирай. И вот пошёл я по белу свету управы искать.

- Ну, коли так - дело поправимое. Я ведь мать всех четырёх ветров, и сыновья из моей воли не вышли. По всему видать, обидел тебя озорник Полуночник, мой меньшой сын, горазд он на такие дела. Повремени немного: воротятся сыновья домой, заставлю виноватого тебе убытки воротить.

Через малое время послышался шум с восточной стороны, распахнулись двери с восточного крыльца - прилетел Восточный ветер. Вслед за тем пахнуло теплом с полуденной стороны - и слетел в избу с полуденного крыльца ласковый Полуденный ветер. И в ту же минуту из тех дверей, что на закат солнца выходят, явился Западный ветер. Как вдруг загремело, зашумело кругом, изба заходила ходуном - и с хохотом да с присвистом ворвался в избу с полуночной стороны Полуночник-ветер.

- Ох, и задал я сегодня страху судам на море! Наигрался, натешился, есть хочу!

Старуха тем временем на стол накрыла, накормила, напоила сыновей и говорит:

- Ну, кто из вас, сынки, недавно беду натворил?

Позвала старика:

- Ступай, говори, не бойся ничего! Старик спустился с печи и рассказал всё, как дело было. Присмирел Полуночник, голову опустил.

- Видно, ты, Полуночник, виноват,- сказала мать,- тебе и ответ держать.

- Ничего, мама,- Полуночник головой тряхнул,- всё дело поправится! А ты, гость дорогой, смел да напорист - эдаких я люблю. Коли не побоялся на меня управу искать да всю правду в лицо сказать, будь мне названым братом, а о потере не печалься.

Достал из-за пазухи свёрток, подал старику:

- Вот тебе скатерть-самобранка - всегда будешь сыт. Только скажи: “Попить, поесть!” - разверни скатерть - и ешь, пей, чего только душа пожелает. Только, чур, уговор: пойдёшь домой - на постоялый двор не заходи.

Старик поблагодарил своего названого брата да мать четырех ветров за ласковый прием, за угощение да за подарок и отправился в обратный путь.

Шёл, шёл, шёл и так крепко притомился, совсем из сил выбился, сам думает:

“Придётся переночевать, сегодня домой всё равно не попасть. Чего это Полуночник не велел мне на постоялый двор заходить? Ведь не в поле мне ночевать! Хлеб свой - хоть у попа стой”.

И зашёл на постоялый двор. Сел у стола, отдыхает, хозяин спрашивает:

- Может, поужинать собрать? Заказывай!

- Ничего мне покупного не надо, всё у меня своё есть.

С теми словами достал из-за пазухи скатерть, развернул и говорит:

- Попить, поесть!

Батюшки-светы, откуда что взялось: наставились кушанья разные, меда душистые, закуски, заедки всякие - стол ломится! Пей, ешь - душа мера!

Хозяин остолбенел, глядит во все глаза, слова вымолвить не может. Эдакого дива век не видал.

И старик рад-радёхонек:

- Будет теперь нам со старухой чего пить, есть, будет чем и добрых людей употчевать. И на радости зовёт хозяина:

- Садись со мной ужинать и своих всех, кто у тебя есть, зови - угощенья на всех достанет.

Хозяин кликнул жену да ребят, и подсели все к старику за стол. Сидят угощаются.

Тут хозяину и запала дума:

“Вот бы эта скатерть мне пригодилась!”

После ужина старик повалился на лавку и крепко уснул. Хозяин подменил скатерть-самобранку точь-в-точь такой же по виду простой скатертью.

На другое утро старик пробудился ни свет ни заря и скорым-скоро пошёл домой.

Старуха встретила его бранью:

- Где тебя только леший носит? Дома ни зерна хлеба, ни полена дров нету, а ему и горя мало!

- Молчи, старуха! Садись за стол, угощайся, чего только твоя душа пожелает, пей, ешь вволю! Усадил старуху за стол, развернул скатерть:

- Попить, поесть! Что такое? Нет ничего...

Старик ещё раз скатерть тряхнул, развернул, рукой прихлопнул:

- Попить, поесть! Опять ничего.

Старуха не вытерпела, вскочила, схватила сковородник:

- Ох ты, пустомеля, шутки шутить да насмехаться вздумал! - И раз, раз сковородником: - На вот, на тебе, постылый!

Насилу вырвался старик из избы - да наутёк.

Остановился за околицей:

- Тут что-нибудь да не так. Видно, Полуночник обманул меня. Ну, да не на того напал! Теперь мне дорога знакомая.

И пошёл к матери четырёх ветров.

Много ли, мало ли, долго ли, коротко ли шёл и пришёл к высокой горе, к большой избе с четырьмя крыльцами. Вечером дело было. Как раз братья-ветры со всех четырёх сторон домой торопились. Подхватили гостя и снесли в избу.

Поздоровался старик с матерью четырёх ветров да с братьями-ветрами и говорит Полуночнику:

- Не по-братски ты, названый брат, поступаешь. Твоя скатерть-самобранка всего один раз меня накормила, напоила, да на том дело и кончилось. Гоже ли так надо мной насмехаться?

- Погоди, погоди, - говорит Полуночник. - Заходил ты на постоялый двор?

- Заходил.

- Ну, вот сам себя во всём и вини, коли меня не послушался.- Достал кошелёк из-за пазухи. - Возьми этот кошелёк и ступай. Никогда у тебя ни в чём нужды не будет. Что понадобится, потряси кошелёк - и сколько надо денег, столько и натрясёшь. Да смотри, помни моё слово: никуда дорогой не заходи.

Гостя накормили, напоили, и отправился он домой. Скоро сказка сказывается, а ещё того пуще старик домой торопится.

Шёл да шёл и дошёл до того самого постоялого двора, где раньше останавливался.

“Совсем я отощал, да и ноги больше не гнутся, всё равно до дому сегодня не дойти. Зайду переночую”.

Зашёл, поздоровался. Хозяин постоялого двора узнал старика, ласково поздоровался, встретил, как родного:

- Садись, отдыхай, добрый человек. Коли не побрезгуешь нашим угощением, заказывай попить-поесть с дороги.

“Дай попробую, чем меня наградил Полуночник!”

Велел подать ужин, да и зовёт:

- Садись, хозяин, и своих всех зови, да что есть у тебя в печи, всё на стол мечи! За всё рассчитаюсь, в убытке не останешься.

Хозяин засуетился, наносил разных кушаньев да всяких напитков, позвал жену да детей, и все стали угощаться.

Пьют, едят, а хозяину не терпится узнать, какая у старика диковинка есть. Всё новых и новых кушаньев требует, а чем станет рассчитываться?

Терпел, терпел и говорит:

- Ну, добрый человек, спасибо за угощенье, пора отдыхать. Завтра ведь рано, чай, пойдёшь - рассчитаемся за всё сегодня.

Старик достал из-за пазухи кошелёк-самотряс. Тряхнул раз, другой - и посыпалось серебро да золото. Натряс, насыпал полное блюдо денег.

- Бери, хозяин, всё твоё - у меня этого добра хватит!

А сиделец уставился на старика, сидит, молчит. Потом схватил блюдо и ну деньги руками перебирать: деньги правильные, золото да серебро настоящее.

- Вот это диковина!

Повалился гость спать и уснул крепким непробудным сном. Спит, беды над собой не чует, а беда-невзгода тут как тут.

Разыскал хозяин постоялого двора такой же кошелёк и подменил стариков кошелёк-самотряс. Поутру рано вскочил старик и пошёл домой.

Дома только успел через порог переступить, выхватил из-за пазухи кошелёк, показывает:

- Не бранись, старуха, на этот раз без обмана. Подай скорее лукошко, денег натрясу, и ступай на базар, покупай чего надо.

Поглядела старуха недоверчиво. Принесла лукошко, ждёт, чего будет?

Тряхнул старик кошельком раз и другой, выпала старая медная пуговица - и больше ничего нет. Снова стал трясти кошелёк. Тряс, тряс - всё без толку.

Тут старуха давай старика потчевать тем, что под рукой было.

Бьёт, а сама плачет, бранится:

- Ох ты, пустозвон, пустомеля, загубил меня, горемычную! Всю жизнь с тобой промаялась, хорошего дня не видала, а на старости лет и совсем рехнулся, день ото дня глупее становится.

Била, покуда лукошко не рассыпалось, потом кинулась за кочергой. А старик - дай бог ноги - выскочил из избы и бежал до тех пор, покуда деревня из глаз не скрылась. Остановился: “Ну куда теперь податься? Старуха бранится да дерётся, а мне после таких обманов и на глаза ей показаться нельзя. Покуда управы не найду, домой не ворочусь. Уж не подменил ли хозяин постоялого двора мои диковинки? Либо ветер Полуночник насмехается? Пойду к своему названому брату: хозяин постоялого двора, коли и подменил скатерть да кошелёк, всё равно не признается”.

Третий раз пошёл старик к высокой горе.

Ветер Полуночник дома был. Вышел он из избы и неприветливо встретил старика:

- Я всё про тебя знаю. Опять меня не послушался, пеняй теперь на себя! На вот тебе эту суму и живи своим умом. Пристигнет нужда - встряхни суму да скажи только: “Сума, дай ума!”-и увидишь, что будет. А теперь прощай!

Ничего больше не сказал Полуночник, засвистал, загикал, взвился под облака и улетел за тридевять земель, за тридевять морей.

Надел старик суму и поплёлся обратно. Идёт и думает: “Хорошо бы поесть-попить!” И снял суму с плеч да крикнул:

- Сума, дай ума!

В ту же минуту выскочили из сумы два молодца с дубинками и принялись старика бить-колотить. И до тех пор били, покуда он не догадался крикнуть:

- Двое, в суму! Молодцы тотчас скрылись.

Сперва старик опешил, а потом понял, зачем Полуночник наградил его этой диковинкой...

- Видно, не Полуночник, а хозяин постоялого двора подменил скатерть и кошелёк. Ну, теперь знаю, что надо делать!

Идёт знакомой дорогой, усмехается: “Подменить-то ты подменишь, сиделец, и ума попросишь на свою беду!”

Дошёл до постоялого двора, а хозяин увидал его в окошко, выскочил на крыльцо:

- Заходи, заходи, гость дорогой!

Привёл старика в горницу и вьюном вьётся:

- Кафтан вот сюда повесим, а батожок в этот угол поставим.- Пододвинул скамейку к печке: - Садись, грейся, а я велю на стол собирать, сегодня мой черёд тебя угощать.

Суетится, кричит:

- Жена, жена, радость-то у нас какая! Поди сюда!

Выбежала хозяйка, ласково, приветливо поздоровалась.

А хозяин шумит, не унимается:

- Живо на стол собирай. Ставь самые лучшие кушанья, да не жалей, побольше давай!

“Не иначе как к суме подбирается”,- усмехается про себя старик.

Стол накрыли, всякой снеди наставили. Старика усадили на самое почётное место:

- Ешь, гость любезный, да сказывай, где побывал, чего повидал. Мы домоседы - нигде не бываем, ничего не знаем. Что на белом свете творится?

Старик угощается да беседу ведёт, а хозяин от сумы глаз отвести не может.

- Отведай вот этого ещё, не обижай отказом. Кланяйся, жена, потчуй гостя дорогого!

А старик ест, не отказывается.

Пировали, столовали, не утерпел хозяин и спрашивает:

- Скажи, гостенёк любезный, что у тебя в этой вот суме - поди, опять какая-нибудь диковина? Старик отвечает:

- Это не простая сума, а из чудес чудо. Встряхнёшь её да скажешь: “Сума, дай ума!” - тотчас выскочат чародеи и всё, что только пожелаешь, сделают для тебя. Вот она, какая сума!

Слушает хозяин старика, умильно на него поглядывает, а сам думает: “Ну, не я буду, коли этой сумой не завладею!”

Поужинали, отвели гостя в дальний покой, уложили на мягкую перину:

- Спи, отдыхай!

А хозяину не спится. Добыл он точь-в-точь такую же по виду суму и, как уснули все в доме, пробрался в гостев покой, повесил на гвоздь свою суму, а старикову унёс в свою горницу.

Разбудил жену:

- Погляди, что я принёс. Теперь все мои желания исполнятся. Перво-наперво пусть чародеи поставят нам дворец краше царского да имение большое дадут, и станем мы жить боярами в большом почёте.

И тут же не удержался, встряхнул суму:

- Сума, дай ума!

Выскочили два молодца с дубинками и принялись хозяина с хозяйкой потчевать, только дубинки посвистывают. Сиделец с женой кричать боятся, а молодцы из сумы знай бьют, колотят.

Невмочь стало терпеть, просит хозяин, умоляет:

- Смилуйтесь, добрые молодцы, пощадите нас! Пригоршни денег насыплю!

А двое из сумы на то не взирают, молотят хозяина с хозяйкой, будто горох на току.

В голос заплакала хозяйка. И хозяину невтерпёж, закричал благим матом:

- Караул! Ратуйте!

Старик услышал крик, лежит, посмеивается. А хозяин безутешно кричит, надрывается:

- Караул! Убивают! Ратуйте!

Помедлил старик малое время: “Ну, теперь пора идти, а то забьют вора насмерть”.

Пришёл, а хозяин с женой уж в лёжку лежат, ойкают. Взмолились гостю:

- Уйми, добрый человек, своих драчунов, не оставь сиротать наших детушек!

- Отдайте мою скатерть-самобранку да кошелёк-самотряс, тогда выручу из беды.

- Что ты, кормилец, где я возьму скатерть-самобранку да кошелёк-самотряс? Век у меня таких диковин не было!

- А как к тебе моя сума попала? Слушай, хозяин, не отдашь скатерти да кошелька, забьют тебя молодцы из сумы насмерть. Больше я и слова не скажу.

Тут хозяйке совсем невмоготу стало, залилась слезами:

- Да повинись ты, муженёк, своя жизнь дороже скатерти да кошелька, пропади они пропадом!

И хозяину невтерпёж побои выносить:

- Уйми молодцов, а я тебе верну и скатерть-самобранку и кошелёк-самотряс, да ещё и лошадь с санями впридачу дам, только не губи нас!

Старик только того и ждал. Крикнул:

- Двое, в суму!

Скрылись молодцы с дубинками, а хозяин с женой лежат да стонут:

- Ох, тошнёшенько, косточки целой не оставили, совсем изувечили! Кто нас кормить-поить станет? Хоть бы ты, добрый человек, пожалел нас - дал нам скатерть-самобранку либо кошелёк-самотряс!

Рассердился старик:

- Мало вас поучили, видно! Живо подавайте скатерть да кошелёк, а то кликну молодцов из сумы, и пеняйте тогда на себя.

Тут хозяин медлить не стал, вынул из сундука скатерть да кошелёк:

- Бери, бери, нам твоего не надо.

Старик встряхнул скатерть, развернул и молвил

- Попить, поесть!

В ту же минуту появились разные кушанья, свернул скатерть, спрятал за пазуху:

- Моя!

Тряхнул раз, другой кошельком - посыпалось серебро да золото:

- И кошелёк мой!

Спрятал кошелёк, взял суму:

- Запрягай, хозяин, коня, мне ехать пора.

Хозяин велел работнику коня запрячь и вышел во двор гостя проводить, а сам всё охает да стонет. Старик сел в сани:

- Ну, прощай, хозяин! Урока не забывай и помни: коли услышу, что на чужое добро заришься, худо тебе будет.

И уехал. Едет да посмеивается:

“Теперь надо бы старуху поучить немного, а то совсем от рук отбилась, поедом ест”.

Подкатил к дому:

- Тпррру!

Выбежала старуха на крыльцо, увидала старика, зашлась в ругани:

- Всю осень до зимы прошатался неведомо где. А теперь явился! Кто для тебя хлеб припас?

- Погоди, старуха, поди в избу. не мёрзни! Зашли в избу, старуха не унимается, бранится. Тут старик встряхнул суму да как крикнет:

- Сума, дай старухе ума!

Выскочили молодцы с дубинками: кого надо уму-разуму поучить?

Испугалась старуха:

- Ох, старичок, не тронь меня, пожалей! Век тебе слова поперёк не скажу!

- Ну вот, давно бы так,- сказал старик. И крикнул: - Молодцы, в суму!

Скрылись молодцы с дубинками, а старик встряхнул, развернул скатерть и говорит:

- Попить, поесть!

И откуда что взялось: наставилось на стол разных кушаньев да напитков всяких.

Глядит старуха и глазам не верит - век эдакого чуда не видала.

А старик зовёт:

- Садись, ешь, чего только душа пожелает! Это всё теперь наше.

Напоил, накормил старуху, потом взял в руки кошелёк-самотряс:

- Гляди!

Встряхнул кошельком раз, другой - и посыпалось серебро да золото, золото да серебро.

- И это всё наше.

Обрадовалась старуха. Старик рассказал, как эти диковинки достал, и как хозяин постоялого двора два раза его обкрадывал, и как он заставил вора отдать ему скатерть-самобранку и кошелёк-самотряс.

- Ну ничего, старичок, что было, то прошло, пусть быльём порастёт, а у нас с тобой теперь всего вдоволь: и самим есть что попить-поесть, и добрых людей употчевать хватит.

Стали с тех пор старик да старуха жить да быть припеваючи. И кто из соседей в беду попадёт, всем старики помощь оказывают. И ото всех им почёт да уважение.

В ту пору воротился откуда-то из-за моря барин-помещик. Прослышал он, что старик со старухой живут в большом достатке, велел позвать к себе. Пришёл старик. Барин спрашивает:

- Был ты, как помню, самый что ни есть последний бедняк, а теперь богатым хозяином стал. Сказывай без утайки, откуда что взялось?

Рассказал старик всё начистоту, а барин ему:

- Ни в жизнь не поверю в эти россказни, покуда своими глазами твоих диковинок не увижу.

- Так за чем дело стало! - старик говорит.- Пожалуй сам ко мне, и я покажу тебе и скатерть-самобранку и кошелёк-самотряс.

Барин приказал тройку лошадей заложить в карету. Сел и старика посадил с кучером на козлы.

- Пошёл! А ты, мужик, показывай дорогу. Приехали. Привёл старик барина в горницу, усадил в красный угол. Старуха принесла скатерть-самобранку:

- Гляди, барин!

Старик встряхнул скатерть, развернул и молвил:

- Попить, поесть!

Уставился стол всякими кушаньями да разносолами.

- Отведай, сударь, нашего хлеба-соли, буде не побрезгуешь,- потчуют старик со старухой.

Барин того попробовал да другого - приятно, вкусно, лучше не надо. Напился, наелся до отвала.

- Ну, про скатерть-самобранку ты говорил правду, покажи теперь кошелёк-самотряс!

Принёс старик кошелёк. Раз, другой тряхнул - и посыпалось серебро да золото, золото да серебро. У барина глаза разгорелись. Глядит на деньги - не наглядится. Потом говорит:

- И про кошелёк-самотряс твоя правда. А теперь слушай мою правду: живо заверни скатерть-самобранку да кошелёк-самотряс в новую чистую холстину и неси за мной в карету.

- Смилуйся, сударь! - просят старик со старухой.- Как же так? Ведь эти диковины ветер Полуночник дал нам, а не тебе. Барин ногой топнул:

- Молчать! А не то прикажу на конюшню отвести, всыпать по сотне розог, сразу умнее станете. Ваше ли холопское дело мне перечить? Вы оба мои, и всё, что есть у вас, тоже моё. Поняли?

- Как не понять! - говорит старик.- Всё как есть поняли.

- А поняли, так поторопитесь - я ждать не стану!

- Принеси, старуха, мою новую суму, не видишь, барин торопится. Извини, ваша милость, не случилось у нас дома новой холстины.

Старуха принесла суму, а барин торопит:

- Поскорее укладывайте!

- Сейчас, сейчас, барин!

Старик встряхнул суму и крикнул:

- Сума, дай ума!

Выскочили молодцы с дубинками.

- Дайте ума барину, чтобы навек запомнил, не зарился на чужое.

Принялись молодцы барина дубинками охаживать. Он сперва отмахивался да ругался, потом закричал:

- Эй, кучер, ступай на выручку!

Кучер прибежал. Раз, другой попало и ему дубинкой, и он боком, боком - да и прочь из горницы.

А молодцы из сумы бьют барина, колотят, только дубинки посвистывают.

- Смотри, мужик,- закричал барин,- выпусти меня, покуда насмерть не забили! Ведь тебе придётся в ответе быть!

- Обо мне, барин, не печалься,- старик отвечает,- мне всё едино: семь бед - один ответ, а без тебя хоть людям полегче будет!

Тут барин на колени упал:

- Отпусти живого! Зарок даю: никогда на чужое добро зариться не стану!

- Не из того теста ты слеплен, чтобы на чужое не зариться. Вот буде напишешь нам, всем твоим мужикам, вольную да откажешься от именья и уедешь отсюда, так и быть - живым оставлю, а не то тебе одна дорога - на погост.

А молодцы знай бьют, колотят, своё дело правят.

Не утерпел - закричал барин:

- Ох, ох, я на всё согласен! Давай скорее перо, чернила и бумагу, всё, как ты говоришь, напишу, только отпусти живого!

Принёс старик перо, чернила да бумагу и велел молодцам из сумы обождать. Барин написал всем своим мужикам вольную и имение отписал крестьянам. Тут старик крикнул:

- Двое, в суму!

Скрылись молодцы, а барин насилу поплёлся из избы и говорит:

- Завтра уеду, а ты, мужичок, никому не говори, что меня тут побили.

На другой день барин и правда уехал. Ведь что написано пером, того не вырубишь топором.

А мужики землю разделили и стали жить-поживать да старика хвалить. И по сей день живут, поживают, никакой беды не знают и год от году всё лучше да богаче, а про барина-помещика только в сказках рассказывают.

Тут и сказке конец, а кто слушал - молодец.



Комментарии:

Читать сказку Сума, дай ума! Русские сказки онлайн текст