Мемуары папы Муми-тролля

Категория Туве Янсон

Глава восьмая, в которой я сообщаю обстоятельства свадьбы Шнырька, легкой лапой касаюсь своей драматической встречи с мамой Муми-тролля и под конец глубокомысленно завершаю свои мемуары.

 папа Муми-тролльВ десяти милях от берега мы заметили лодку, которая подавала сигналы бедствия.

— Это наверняка Самодержец! — воскликнул я. — Неужто там произошла революция? В такую-то рань? (Это не похоже на его подданных.)

— Революция? — переспросят Фредриксон и прибавил скорость. — Ох, не случилось бы чего с моим племянником!

— Как дела? — крикнула Мюмла-мама, едва мы притормозили у королевской лодки.

— Дела? — крикнул в ответ Самодержец. — Я хочу сказать, дела идут совсем не так, как надо. Вы немедленно должны вернуться на сушу.

— Наконец-то забытые кости потребовали отмщения, — угрожающе пробурчало привидение.

— Это все ваш маленький Шнырек натворил, — сообщил, отдуваясь, король и вскарабкался на борт. — Эй, кто-нибудь, позаботьтесь о лодке! Мы собственной персоной изволили отправиться за вами, потому что вовсе не надеемся на Наших подданных.

— Но при чем здесь Шнырек? — удивился Юксаре.

— Да при том, — сказал король, — что Мы очень любим свадьбы, но пустить семь тысяч клипдассов и злую тетку Хемулихи на королевский праздник Мы не можем никак!

— А кто собирается жениться? — заинтересовалась Мюмла-мама.

— Мы ведь уже изволили сказать! Шнырек! — отвечал Самодержец.

— Невероятно, — не поверил Фредриксон.

— Да, да, да, женится прямо сейчас! — нервно утверждал Самодержец. — На зверюшке Сос. Да прибавьте же вы скорость! Они влюбились друг в друга с первого взгляда, обменялись пуговицами, носились вдвоем как угорелые, дурачились, а потом послали своей тетке (хотя я слышал, что ее уже съели) и семи тысячам клипдассам телеграмму с приглашением на свадьбу. И Мы готовы проглотить Нашу собственную корону, если они не изгрызут и не перероют все королевство!

— Что? Тетку Хемулихи пригласили на свадьбу? — спросил я, потрясенный.

— Что-то вроде этого, — мрачно отвечал Самодержец. — Какая-то тетка, у которой только половина носа, и к тому же презлющая. Мы любим сюрпризы, но предпочитаем устраивать их сами.

Берег приближался…

На самой оконечности мыса стоял Шнырек, а рядом с ним — зверюшка Сос. «Морской оркестр» причалил. Фредриксон швырнул канаты нескольким подданным, которые явно любовались нами.

— Ну-ну! — сказал он.

— Извините! — воскликнул Шнырек. — Но я женился!

— А я вышла замуж! — прошептала Сое и поклонилась.

— Но ведь Мы велели вам подождать до обеда, — расстроился Самодержец. — Теперь веселая свадьба не получится!

— Извините, но мы никак не могли ждать так долго, — сказал Шнырек. — Мы так влюблены друг в друга!

— Ах, дорогие мои! — Мюмла-мама, всхлипывая, бросилась вниз по сходням. — Поздравляю! До чего же она хорошенькая, эта зверюшка Сос! Поздравьте их, деточки, они поженились.

Но тут Снифф прервал чтение мемуаров Муми-папы. Он резко поднялся и сказал:

— Стоп!

— Папа читает нам про свою юность, — с упреком сказал Муми-тролль.

— И про молодость моего папы, — подчеркнул Снифф с неожиданной важностью. — Я уже столько слышал про Шнырька, но ни слова про зверюшку Сос!

— Я забыл про нее, — пробормотал Муми-папа. — Она попала в мою книгу только теперь…

— Ты забыл про мою маменьку? — заорал Снифф.

Дверь отворилась, и в спальню заглянула Муми-мама.

— Вы не спите? — удивилась она. — Мне показалось, кто-то звал маму.

— Это я! — воскликнул Снифф и соскочил с кровати. — Подумать только! Твердят тебе все время про разных пап, пап, пап, а потом ты вдруг безо всякого предупреждения узнаешь, что у тебя и мама тоже есть!

— Так ведь это вполне естественно, — удивилась Муми-мама. — Насколько я понимаю, у тебя была прекрасная мама. А сколько у нее было пуговиц!

Снифф строго взглянул на Муми-маму:

— Правда?

— У нее имелось множество пуговичных коллекций. — И еще камни, ракушки, бусинки, все что угодно! Снифф задумался.

— Если уж разговор зашел о мамах, — сказал Снусмумрик, — так что же было у Юксаре с этой круглой Мюмлой? Выходит, и у меня была мама?

— Конечно, — отвечал Муми-папа. — И к тому же очень славненькая.

— Тогда, значит, и малышка Мю моя родственница? — удивленно воскликнул Снусмумрик.

— Ну ясное дело, ясное дело! — заулыбался папа. — Только не прерывай меня. Ведь это мои мемуары, а не справочник о родственницах!

— Можно ему читать дальше? — спросил Муми-тролль.

— Пусть читает, — разрешили Снифф и Снусмумрик.

— Спасибо! — с облегчением сказал папа и продолжал поучительное чтение.

Шнырек и Сос получали подарки целый день. Под конец банка из-под кофе переполнилась. Тогда молодожены принялись складывать пуговицы, камешки, ракушки, обивочные гвоздики и прочее (все не берусь перечислить) в одну кучу.

Шнырек держал Сос за лапки и был сам не свой от счастья.

— Ужасно приятно быть женатым, — сказал он.

— Возможно, — ответил Фредриксон. — Однако, послушай-ка, разве обязательно надо приглашать тетку Хемулихи? И клипдассов?

— Извините, но ведь они огорчатся, если им не придется погулять на свадьбе, — объяснил Шнырек.

— Да, но пригласить тетку, тетку! — закричал я.

— Знаешь что, — откровенно признался Шнырек, — я не так уж сильно по ней соскучился! Но извини меня! Меня мучает совесть. Ведь это я пожелал, чтобы кто-нибудь был так любезен и съел бы ее!

— Гм, — заметил Фредриксон. — В этом что-то есть.

В ожидании прибытия пакетбота на холмах и на берегу столпились подданные Самодержца. Его величество сидел под балдахином на троне, установленном на самом высоком холме, готовый подать знак Добровольному оркестру хемулей.

Шнырек и Сос сидели в свадебной лодке, сделанной в виде лебедя.

Все были очень взволнованны и обеспокоены, потому что весть о тетке Хемулихи и о ее нраве уже успела облететь всю страну. Кроме того, были серьезные основания бояться, что клипдассы погубят государство и объедят все деревья в парке Сюрпризов. Однако никто не сказал об этом ни слова новобрачным, которые безмятежно продолжали обмениваться пуговицами.

— Как ты думаешь, можно ее напугать и выгнать отсюда с помощью фосфора или просмоленных ниток? — спросило мое привидение, не прекращая вышивать черепа на грелке для чайника — подарке зверюшке Сос.

— Ее этим не проймешь, — мрачно сказал я.

— Она опять примется всех воспитывать, — предсказал Юксаре. — Она может даже запретить нам залечь в спячку, когда наступит зима, и заставит ходить на лыжах.

— А что значит ходить на лыжах? — спросила Мюмла.

— Передвигать ноги по замерзшим осадкам.

— Еще чего не хватало! Какой ужас!

— Видно, все мы скоро умрем, — сказала малышка Мю.

В этот момент в толпе пронесся боязливый шепот — пакетбот приближался.

Добровольный оркестр хемулей грянул гимн «Да живет наш бестолковый народец», и свадебный лебедь отчалил от берега. Несколько мюмлят от волнения плюхнулись в море, туманная сирена завыла, а Юксаре потерял самообладание и убежал.

А мы увидели, что пакетбот пуст, и только тут сообразили, что семь тысяч клипдассов вряд ли могли на нем уместиться. С берега неслись возгласы, выражавшие одновременно облегчение и разочарование. Один-единственный маленький клипдасс спрыгнул на лебедя, который быстро развернулся и поплыл обратно к берегу.

— Так как же теперь быть? — спросил Самодержец. От нетерпения он не мог усидеть на троне и прибежал на берег. — Всего один маленький клипдасс?!

— Да это же наш старый знакомый! — воскликнул я. — И у него в лапках огромный пакет!

— Стало быть, ее все же съели, — сказал Фредриксон.

— Тихо! Тихо! Тихо! — крикнул король и покрутил ручку туманной сирены. — Дайте дорогу Клипдассу! Ведь он посол!

Толпа расступилась и дала дорогу новобрачным и Клипдассу, который застенчиво притрусил к нам и положил пакет на землю. Углы пакета были слегка обглоданы, но в целом он выглядел вполне прилично.

— Ну-ну-у? — спросил Самодержец.

— Тетка Хемулихи просила передать привет… — сказал Клипдасс и стал беспокойно шарить по карманам своего выходного костюмчика.

Все запрыгали от нетерпения.

— Да поторопись же ты, поторопись! — крикнул король.

Наконец Клипдасс достал скомканное письмо и с важным видом заявил:

— Тетка Хемулихи научила меня писать. Я знаю почти весь алфавит! Все буквы, кроме в, э, и, й! Она мне диктовала, а я писал. Вот что она говорит. — Клипдасс перевел дух и начал с трудом читать:

«Дороге дет! С огромным сожаленем, с чустом угрызеня соест несполненного долга пшу т строчк. Я нкак не могу прехать на ашу садьбу, но надеюсь, меня простте за тако отраттельны поступок. Поерьте, я польщена, рада, что ы обо мне скучаете, я пролла рек слез от досады, что малыш Шнырек решл женться. Не знаю, как ыразть благодарность за то, что ы спасл меня, не дал Морре меня съесть, за то, что ы познакомл меня с очаровательным клпдассам. Должна прзнаться, что мне с клпдассам ужасно хорошо, даже садебны пр не может ыманть нас з дома. Мы целым дням граем осптательные гры, мечтаем о полезно для здороя зме с быстрым скольженем по снегу. Чтобы хоть немного обрадоать ас, посылаю садебны подарок, надеюсь, он украст кофеную банку Шнырька!

Шестьсот деяносто деять прето от клпдассо.

С благодарностью любою.

Тетка Хемулх».

На холмах все замерло.

— Что такое «отраттельный»? — спросил я.

— Ясное дело — отвратительный, — отвечал Клипдасс.

— А тебе нравятся воспитательные игры? — осторожно спросил Фредриксон.

— Ужасно нравятся! — сказал Клипдасс.

Я сел, слегка ошарашенный.

— Будь добр, разверни пакет! — крикнул Шнырек. Клипдасс торжественно перегрыз веревочку, и все увидели фотографию тетки Хемулихи в полный рост: тетка Хемулихи — королева клипдассов.

— А нос у нее вовсе не отъеден! — воскликнул Шнырек. — Как я счастлив! Вот здорово!

— Дорогой, взгляни на рамку, — сказала Сос.

Мы все взглянули и ахнули. Рамка была из настоящего испанского золота с розами из топазов и хризолитов по углам. А по внутреннему краю шла полоска из бриллиантов (обратная сторона была украшена простенькой бирюзой).

— Как ты думаешь, их можно отковырнуть? — поинтересовалась Сос.

— Конечно, можно! — восторженно крикнул Шнырек.

И как раз в эту минуту со стороны залива донесся громовой голос:

— Ну! Семьсот пещер в моей маленькой конуре! Я знай себе жду утреннего кофе, а ни один из вас и не думает удружить старому Эдварду!

Прошло уже несколько дней с тех пор, как Муми-папа рассказал о свадьбе Шнырька. Папа сидел с семьей на веранде. Был ветреный сентябрьский вечер. Муми-мама сварила кофе, приготовила бутерброды с джемом и по-праздничному украсила дом.

— Ну так что же?.. — с интересом спросила она.

— Сегодня я закончил писать мемуары, — сказал папа. — Заключение будет записано в сорок пять минут седьмого. Я имею в виду последнюю фразу. И вы сами решите, понравится ли вам она.

— А там ничего не будет сказано о том, как ты бродяжничал с хатифнаттами? — спросил Снусмумрик.

— Нет, — ответил папа. — Понимаешь, это должна быть поучительная книга.

— Потому-то и надо было об этом написать! — воскликнул Снифф.

— Ш-ш-ш… — погрозила ему коготком Муми-мама. — А я появлюсь в этой книге? — И при этом ужасно покраснела.



Комментарии:

Читать сказку Мемуары папы Муми-тролля Туве Янсон онлайн текст