Грамота

Категория Эдуард Успенский

Глава пятая СТРАСТИ РАЗГОРАЮТСЯ

Однажды утром Ирина Вениаминовна сказала:

— Мы уже почти месяц живем в детском саду, а еще ни разу не веселили ребят как следует. Давайте устроим им праздник.

— Давайте! — закричала Бабешка-Ягешка. — Я могу на метле полетать под музыку или на венике.

— А я могу под музыку горячие угли глотать, — сказал Кощейчик. — Или соляную кислоту.

— Я могу что-нибудь Щучьим Велением сделать, — обрадовал всех Емеля. — У меня целых два веления осталось. И еще у меня музыка есть, гармошка моя.

— Что ты можешь сделать Щучьим Велением? — спросила Ирина Вениаминовна.

— Все, что угодно. Я могу всех ребят под музыку лысыми сделать. Или сделать так, что все стулья сломаются и все зрители на пол грохнутся. Еще могу сделать так, что все ребята негритятами станут.

— А если ребята не хотят делаться лысыми под музыку или становиться негритятами? — спросила Ирина Вениаминовна.

— Не хотят и не надо. Мы их можем китайчиками сделать.

— А если они не хотят быть китайчиками?

— Тогда япончиками.

— И япончиками они не хотят. Ты о мамах подумал? Мамы сдавали в детский сад обычных беленьких ребятишек, а им возвращают черненьких или желтеньких да еще лысеньких. Привела мама в садик беленького Женю, а ей отдают черненького Джона и совсем без волос. Какой скандал поднимется!

— Тогда я могу так сделать, что на каждого ребенка сверху торт упадет. Сколько детей, столько тортов. Как торты сверху грохнутся! Вот радости будет! Каждый по три килограмма.

— Это уже лучше, — согласилась учительница. — А эти торты детишек не прибьют?

— Конечно, не прибьют, это же не кирпичи. Ничего с ребятами не случится. Они только перепугаются и сладкими станут.

— Смотри не перепутай, — сказала Бабешка-Ягешка. — А то угостишь ребят кирпичами или сделаешь, например, торт «Песочный» из настоящего песка. Представляешь, сколько мусора будет!

— Если вы тортов боитесь, — сказал Емеля, — я могу сделать дождь из конфет или из блинов.

— Это, пожалуй, лучше, — сказала учительница. — Мы это все еще обдумаем. А, пока давайте напишем объявление.

И вместе с Ириной Вениаминовной они написали:

«ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ!

ДОРОГИЕ ДЕТИ!

ДЛЯ ВАС СОСТОИТСЯ КОНЦЕРТ!

Бабешка-Ягешка, Кощейчик и Емеля будут вас развлекать. В программе:

1. Полет на метле. Высший пилотаж. Бабешка-Ягешка.

2. Поедание углей. Ответственный К.Бессмертный.

3. Раздача вкусных подарков с потолка. Ответственный Емеля.

4. Русские народные песни. В исполнении И.Мотоцикловой.

ЖДЕМ ВАС, РЕБЯТА!

ПРИХОДИТЕ!»

Воспитательницы и дети читали объявление и говорили:

— Ой, как интересно! Мы обязательно придем. Будут русские народные песни в исполнении мотоцикла.

А когда слух о концерте дошел до педагогов Хрюкиной и Кнопкиной, они решили в замаскированном виде обязательно побывать на этом концерте.

— Мы обязательно побываем там. Мы обязательно раскроем их вредную антипедагогическую сущность.

А сами больше всего думали о подарках с потолка.

Тем временем Ирина Вениаминовна решила провести со своими учениками историческую экскурсию по Москве.

— Дорогие мои сказочные герои! Вы вышли из глубин русского фольклора. А знаете ли вы русскую историю? Знаете ли вы о русских царях и знаменитых людях?

— Я столько историй знаю о царях и знаменитых людях, — сказал Емеля. — И про Ивана-царевича, и про царя Салтана, и про Анику-воина.

— А мой дядя сам был царем! — закричал Кощейчик. — Даже Пушкин про него писал. Помните: «Там царь Кощей над златом чахнет».

— Помним, помним, — сказала Ирина Вениаминовна. — Ну и что случилось с твоим дядей — зачах он или выздоровел?

— Зачах, зачах, — горестно сказал Кощейчик. — Хоть и Бессмертный был. Лет двести он чах, чах, а потом помер.

— А что с золотом случилось? — спросил хозяйственный Емеля.

— С каким золотом?

— Над которым он чах.

— Его спрятали, закопали. Чтобы никто другой не зачах.

— Вот говорят, что смерть Кощея в игле, — продолжал Кощейчик, — игла в утке, а утка в сундуке. Да ничего подобного. Смерть Кощея в золоте, а золото действительно в сундуке.

— Значит, чтобы Кощея убить, его надо посадить около сундука с золотом и ждать, пока он зачахнет? — спросила Бабешка-Ягешка. Спросила без умысла, так, на всякий случай.

— Да, надо ждать, — согласился Кощейчик.

— И долго надо ждать?

— Лет двести.

— И ты тоже можешь зачахнуть? — заинтересовался Емеля.

— Нет. Надо еще заразить Кощея золотой лихорадкой. А я золото не люблю. Я спорт люблю — футбол там, подъем грузовиков.

— А где его закопали? — снова спросил Емеля.

— Не знаю, где его закопали, — ответил Кощейчик. — Наверное, на кладбище.

— Я не про твоего дядю спрашиваю, а про золото, над которым он чах. Его куда дели?

— Спрятали, конечно. Затырили. Недалеко от нашей деревни Кощейково есть старые развалины. Там и закопали. А что? Почему ты об этом спрашиваешь?

— Потому что мой папа Емельян Иванович изобрел специальный золотоискательный прибор. Много золота найти можно.

— И много золота он уже нашел, твой папа? — спросила Ирина Вениаминовна.

— Нисколько. Откуда в нашей деревне золото? Только у продавщицы тети Нюры есть зуб золотой. Вот он тетю Нюру и нашел. Она в сарае заперлась. Она там спряталась.

Тут все заинтересовались:

— Почему она там спряталась?

— Она одному покупателю забыла сдачу дать и стеснялась.

— Почему же она заперлась?

— Покупатель был очень здоровый. Мог сарай сломать.

— Все, — сказала Бабешка-Ягешка, — берем твой прибор и едем в село Кощейково.

— Зачем? — спросил Кощейчик.

— Будем золото искать.

— Хорошо, — согласилась Ирина Вениаминовна, — только сначала грамоту выучим. Потому что без грамоты вы даже найти не сумеете село Кощейково. Вы же название не прочтете. Итак, слушайте меня. Мы с вами сейчас на экскурсии. Это Кремль — сердце русской земли. Россия и Кремль — эти два слова крепко связаны.

— Почему?

— Потому что, когда мы говорим о России, мы первым делом думаем о Кремле. Кремль огромный и состоит из многих разных частей и зданий. Его строили много раз.

— Почему?

— Потому что на него часто нападали враги. И разрушали его. То татары, то свои же соседи русские из других городов.

— Попробуй его разрушь, — сказал хозяйственный Емеля. — Он ведь каменный.

— Это сейчас он каменный, — сказала Ирина Вениаминовна, — а сначала он был деревянный. Из дров. Он был весь-весь деревянный, и враги могли его сжечь. Первым каменные стены начал строить русский князь Дмитрий Донской.

— А почему он Донской, он казак? — спросил Емеля.

— Нет. Его прозвали так потому, что он выиграл большое сражение у реки Дон на Куликовском поле. Он победил огромное татарское войско.

— Ой, а что это? — закричал Кощейчик, увидев огромную пушку на колесах. — Очень похоже на бочку без дна.

— Сам ты похож на бочку без дна, — ответил Емеля. — Я знаю: это царь-Пушка. А рядом царь-Колокол.

— Они что, самые большие или самые главные? — спросила Бабешка-Ягешка.

— Раньше, я думаю, они были самые большие, а теперь они самые главные, по крайней мере, у нас в стране. Царь-Колокол был отлит при царе Борисе Годунове, четыреста лет тому назад. Но он был такой тяжелый, что его никак не могли поднять на колокольню. Когда наконец подняли и стали в него колотить, москвичам не повезло. Потому что начался пожар, колокольня сгорела, колокол упал и кусок откололся. Он такой тяжелый, что его никто поднять не может. Разве что подъемный кран. А из пушки никто никогда не стрелял.

Кощейчик очень заинтересовался осколком:

— Да! — закричал он. — А я подниму!

Он подошел к куску царь-Колокола и с большим трудом все-таки поднял осколок.

— Ирина Вениаминовна, хотите подержать?

— Положи немедленно на место! — заволновалась Ирина Вениаминовна. — Сейчас скандал поднимется.

И точно, прибежал какой-то военный. Противный дядька с радио на плече и закричал:

— Вы что делаете? Вы под суд за это пойдете!

Кощейчик положил кусок на место, а Емеля сказал:

— Что вы кричите, зелененький дяденька? Все ведь в порядке.

— Это я «зелененький дяденька»? — закричал военный. — Да я вас поганой метлой!!

Когда он заговорил про метлу, Бабешка-Ягешка спросила:

— У вас есть метла?

— Сейчас увидите! Вот сейчас все увидите. Я вам сейчас покажу!

— Не надо нам показывать, — сказал Емеля. — Не надо. Мы верим, что у вас есть метла.

Но злой дядька отошел куда-то и скоро вернулся, волоча за собой большущую тяжелую метелку.

Бабешка-Ягешка как увидела метлу, так и прыгнула на нее. Потому что у нее был такой особый метелковый рефлекс. И стала подниматься на этой метелке вверх.

— Ты что? Отдай! — кричал дядька. — А ну отдай сейчас же!

Он бежал за Ягешкой, держась за метлу. Ему было трудно, но он метлу не отпускал.

Так они вместе с Ягешкой постепенно стали подниматься вверх. Бабешка поднималась все выше и выше тяжело и неуверенно, как ворона, несущая в клюве гантелю.

Когда они пролетали мимо колокольни Ивана Великого, дядька ухватился за крест, повис на нем и остался там, а Бабешка благополучно вернулась.

— Все, можно продолжать экскурсию, — сказала она. — Он оттуда долго не слезет.

— Нет, надо бежать, — возразила Ирина Вениаминовна. — У него есть радио. Он по радио помощников вызовет. Я боюсь, они скоро нас начнут искать.

— Ну и пусть ищут, — сказал хозяйственный Емеля. — А мы возьмем и спрячемся.

— Где же тут спрячешься? — спросила учительница. — Одна площадь кругом и пушка.

— Мы в пушке и спрячемся.

— Интересное предложение, — сказала Ирина Вениаминовна.

Они залезли в царь-Пушку и сидели там тихо-претихо, забыв про лекцию.

— А вдруг кто-то как нами выстрелит! — сказала Ирина Вениаминовна.

— Вы же сами говорили, что из пушки никто не стрелял, — напомнил Емеля.

— Да, это верно, из этой пушки никто никогда не стрелял. А отлил эту пушку в 1586 году старинный мастер Андрей Чехов.

— Я знаю, — закричал Емеля. — Он еще «Три сестры» написал и «Вишневый сад», и много рассказов.

— Нет, эти пьесы и рассказы написал другой Чехов, Чехов Антон. И совсем в другое время. Он был очень хороший писатель. Это были разные люди, просто у них фамилии были одинаковые. Вот скажите, кого больше, людей или фамилий?

— Где? — спросила Ягешка.

— Допустим, в Москве.

— В Москве больше фамилий, чем людей, — сказала Ягешка. — Потому что все в своих квартирах родственников прописывают. Чтобы больше квадратных метров получить.

— Неправильно это. Людей меньше, чем фамилий. Потому что очень многие люди имеют одну и ту же фамилию. Например, в моей семье три человека, — сказала Ирина Вениаминовна, — а фамилия одна — Мотоцикловы.

— А у нас людей много, а фамилий совсем нет, — сообщила Бабешка-Ягешка. — Все мы просто Бабы-Яги. Моя бабушка — Баба-Яга, мама все равно Баба-Яга. Мы никакие там не Петровы и не Сидоровы.

— Ой, — снова закричал Емеля. — А я знаю одну козу, у которой есть фамилия. Это Сидорова коза. Ее все время дерут.

— Эта коза принадлежит дяденьке, у которого фамилия Сидоров, — поправила Ирина Вениаминовна. — Он ее все время и дерет.

— А зачем? — спросил жалостливый Кощейчик. — Что она плохого сделала?

— Он ее не по-настоящему дерет, — объяснила учительница. — Это поговорка такая для непослушных детей. Очень часто сердитые папы говорят детям: «Если не будешь учить уроки, я тебя выдеру, как Сидорову козу».

— Но вернемся к грамоте, — сказала она. — Мы делили слово на слога. А сейчас мы будем делать по-другому. Мы будем приставлять последний слог к слову. Я буду вам говорить начало слова, а вы будете мне угадывать конец. Например, пуш…

— Ка! — закричала Бабешка.

— Бабоч…

— Ка! — закричал Емеля.

— Лож…

— Ка! — закричала Ягешка.

— Чаш…

— Ка! — кричал Емеля.

— Радиоанте…

— Ка! — последовал их примеру Кощейчик.

— Нет, не радиоанте-ка, а радиоантен-на, — поправила учительница. — А теперь: милицио…

— Hep! — радостно закричал Кощейчик.

— Ой, накаркали! — тихо сказала Бабешка. — Вон он идет!

Они засунулись в пушку поглубже.

Но милиционер, который подошел, был хороший, это был тот синенький дяденька, который встречал их при въезде в Москву. Он тоже был на экскурсии в Кремле с сынишкой и все видел. Он сказал:

— Все. Вылезайте. Больше никого нет. Они уже ушли.

— А тот зеленый военный, который на крыше остался?

— Приехали пожарные с лестницей и его сняли.

— Знаете что, — сказала учительница, — мы еще немного посидим, а вы сходите посмотрите, нет ли их у ворот. А то вдруг они там прячутся.

Милиционер ушел, а Ирина Вениаминовна сказала:

— Давайте тихо-тихо посидим и послушаем звуки.

Они спросили:

— А что такое звуки?

— Вот все, что мы слышим, и будет звуки.

— Я слышу Ш-Ш-Ш-Ш! — сказал Кощейчик.

— Это солдаты идут.

— За нами?

— Нет. В почетный караул.

— А кого они почетно караулят? — спросил Кощейчик.

— Разные почетные места — флаги, памятники, — объяснила Ирина Вениаминовна. — Это такая традиция. Что вы еще слышите?

— Я слышу У-У-У-У! — сказала Бабешка.

— Это речной трамвайчик на Москве-реке пассажиров зовет.

— Это он нас зовет! — закричала Бабешка. — Давайте поедем.

— Нет, не поедем, — ответил Емеля.

— Почему?

— Потому что я слышу звуки Р-Р-Р-Р! Это у меня в животе бурчит от голода. Обед скоро.

Подошел милиционер с сынишкой и сказал, что путь свободен. Что военных дяденек у ворот нет. Тогда все они радостно вылезли из пушки и побежали к детскому садику, крича на ходу:

— Радиоприем…

— Ник.

— Детский са…

— Дик.

— Автомаши…

— На.

— Подземный пере…

— Ход.

На этом занятия закончились. Слава богу, никого не арестовали. А узнали они много нового. Какой раньше был Кремль. Что такое фамилии и что такое звуки.

Когда они пришли домой в детский сад, Ирина Вениаминовна спросила Кощейчика:

— Откуда у тебя этот черный арбуз?

— Это не черный арбуз, — поспешила доложить Бабешка. — Это он ядро от царь-Пушки стащил.

Ирина Вениаминовна ахнула:

— Ничего себе! Да нас всех за это можно в тюрьму посадить! Это же кража государственного имущества! Спасибо тебе, Кощейчик!

Кощейчик был вежливый, он ответил:

— Пожалуйста, Ирина Вениаминовна. Если вам надо, я еще принесу. Там их много осталось.

РЕКОМЕНДАЦИИ

В эту неделю воспитательницы с ребятами будут заниматься звуками и чуть-чуть историей.

На странице должен быть нарисован макет Кремля, который можно будет клеить. Все главные башни, стены между ними, царь-Пушка и царь-Колокол. Может быть, храмы, если ребята смогут с ними справиться.

И ребята должны будут осваиващь звуки. Надо, чтобы каждый мог воспроизвести звук У-У-У-У! — так воют волки. Ш-Ш-Ш-Ш, — так шипит змея. Я-Я-Я-Я! — так обычно кричат добровольцы, когда спрашивают:

— Кто смело пойдет вперед тушить опасный пожар?

А однажды один писатель выступал в детском саду и спросил ребят:

— Кто у вас в детском саду самый застенчивый?

И все ребята закричали:

— Я!

— Я!

— Я!

А у вас в садике кто самый скромный? Кто самый лучшевоспитанный?

И не забудьте поговорить о фамилиях, товарищи воспитатели!



Комментарии:

Читать сказку Грамота Эдуард Успенский онлайн текст