Авторские сказки




Волшебная иголочка

Категория Валентина Осеева

Волшебная иголочка Жила-была Машенька-рукодельница, и была у неё волшебная иголочка. Сошьёт Маша платье – само себя платье стирает и гладит. Разошьёт скатерть пряниками да конфетками, постелет на стол, глядь – и впрямь сладости появляются на столе. Любила Маша свою иголочку, берегла её пуще глаза и всё-таки не уберегла. Пошла как-то в лес по ягоды и потеряла. Искала, искала, все кустики обошла, всю травку обшарила – нет как нет её иголочки. Села Машенька под деревом и давай плакать.

Пожалел девочку Ёжик, вылез из норки и дал ей свою иголку.

– Возьми, Машенька, может, она тебе пригодится!

Поблагодарила его Маша, взяла иголочку, а сама подумала: «Не такая моя была». И снова давай плакать. Увидела её слёзы высокая старая Сосна – бросила ей свою иголку.

Веселые деньки

Категория Валентина Осеева

Веселые денькиПроснулся я, слышу – залаял Дружок.

Гляжу – на кого он? На первый снежок!

Конечно, он не жил на свете зимой

И с горки ещё не катался со мной.

Коньков не видал. Ну и лает, чудак.

А вот посмотрел бы на взрослых собак!

Они так и рвутся на первый снежок…

Бежим-ка и мы поскорее, Дружок!

И если явился со снегом мороз,

Огнём загорится холодный твой нос,

Важные коровы

Категория Валентина Осеева

Важные коровыНа лугу колхозном

За густой дубравой

Медленно шагают

Важные коровы.

Медленно шагают,

Медленно жуют,

В полдень лягут в травы

И доярок ждут.

Потечёт в подойник

Молоко густое,

Повернёт корова голову свою

В одном доме

Категория Валентина Осеева

В одном домеЖили-были в одном доме мальчик Ваня, девочка Таня, пёс Барбос, утка Устинья и цыплёнок Боська.

Вот однажды вышли они все во двор и уселись на скамейку: мальчик Ваня, девочка Таня, пёс Барбос, утка Устинья и цыплёнок Боська.

Посмотрел Ваня направо, посмотрел налево, задрал голову кверху. Скучно! Взял да и дёрнул за косичку Таню.

Рассердилась Таня, хотела дать Ване сдачи, да видит — мальчик большой и сильный.

Ударила она ногой Барбоса. Завизжал Барбос, обиделся, оскалил зубы. Хотел укусить её, да Таня — хозяйка, трогать её нельзя.

Цапнул Барбос утку Устинью за хвост. Всполошилась утка, пригладила свои пёрышки. Хотела цыплёнка Боську клювом ударить, да раздумала.

В гости к ягодам

Категория Валентина Осеева

В гости к ягодамНа берёзовой полянке

Земляничка расцвела,

Закраснелась, заалелась,

В гости Груню зазвала:

«Кушай, Груня, земляничку,

Для тебя созрела я.

А поешь – запей водичкой

Из студёного ручья!»

Бедный ёжик

Категория Валентина Осеева

Бедный ёжикСпит медведь. Уснула галка.

Сон сморил лису.

Я не сплю. Мне очень жалко

Ёжика в лесу.

Бедный ёжик, бедный ёжик!

По ночам не спит.

Весь в иголках, лечь не может,

Сядет и сидит!

На бочок приляжет – колко.

Акварельные краски

Категория Паустовский К. Г.

акварельные краски паустовскийКогда при Берге произносили слово "родина", он усмехался. Он не понимал, что это значит. Родина, земля отцов, страна, где он родился, - в конечном счете не все ли равно, где человек поя-вился на свет. Один его товарищ даже родился в океане на грузовом пароходе между Америкой и Европой.

- Где родина этого человека? - спрашивал себя Берг. - Неужели океан - эта монотонная равнина воды, черная от ветра и гнетущая сердце постоянной тревогой?

Берг видел океан. Когда он учился живописи в Париже, ему случалось бывать на берегах ЛаМанша. Океан был ему не сродни.

Австралиец со станции Пилево

Категория Паустовский К. Г.

ПаустовскийОтца Вани Зубова каждый год с весны трясла болотная лихорадка. Он лежал на полатях, кашлял и плакал от едкого дыма: в сенцах курили трухлявое дерево, чтобы выжить из избы комаров.

Глухой дед, по прозвищу Гундосый, приходил лечить отца. Дед был знахарь и крикун, его боялись по всей округе, по всем глухим лесным деревням.

Дед толок в ступе сушеных раков, делал из них для отца целебные порошки и кричал, глядя на Ваню злыми дрожащими глазами:

– Разве это земля?! Подзол! На нем даже картоха не цветет, не желает его принимать, дьявола. Пропади он пропадом, тот подзол! Наградил нас царь за работу, – некуды народу податься!

Податься некуды, это верно, – вздыхал отец.

Произведения разбиты на страницы